Mary
ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ
Глава 2
Уж что, а ангар на "Грозной" содержали в очень хорошем состоянии. Обычно на тихих станциях, на которых проверки бывают раз в десять лет и на которых редко проводят учения, истребители простаивают и теряют боеспособность. "Хороший истребитель, - говорил генерал Бернс своим подопечным, - должен делать минимум один вылет в неделю, иначе это уже не истребитель, а бесполезная шлюпка!" В сражении даже один неисправный истребитель может стоить жизни многим пилотам, а то и всем обитателям станции. Поэтому истребители на "Грозной" всегда были готовы к бою и раз в месяц (причем, не было заранее известно - в какой день) пилоты не занимались ничем, кроме как полетами, чтобы не забывать свои прямые обязанности.
Том подошел к своему ДРО и с любовью стал его осматривать. С первых дней на "Грозной" Томас понял, что кроме него никто не отмоет, не починит и не заправит его истребитель - здесь все нужно делать самому и очень осторожно, как с девушкой, которую ты очень любишь, но пока боишься ей в этом признаться. ДРО были очень старыми моделями, особенно теперь, когда земное правительство давно перевело военное снабжение станций на "Фурии". С точки зрения бывалых пилотов, те, конечно, были быстрее и маневреннее, но и у ДРО-3 были свои преимущества. Любители "Дротиков" поговаривали, что новые модели изобрели для тупых, которые не умеют разбираться с оборудованием (на ДРО его было очень много и аппаратуру нужно было часто проверять). Как уже говорилось ранее, истребитель типа ДРО-3 действительно был очень похож на дротик для игры в Дартс: весь обтекаемый, с острым носом как у древних самолетов-истребителей, с мощным двигателем в самом хвосте и орудиями, изящно выдвигающимися в момент стрельбы. Кабина в истребителе была очень маленькой, поэтому кресло пилота располагалось горизонтально, что, впрочем, было даже лучше, чем в "Фуриях". Свободой передвижения в данной позиции обладали только самые важные части тела в бою - руки и голова, хотя, неудобств это практически не причиняло. Только катапультироваться было очень трудно и неприятно, при резком катапультировании пилот мог сильно удариться головой и потерять сознание. Это была единственная оплошность в ДРО-3, все остальное Том Лекс находил превосходным.
Томас открыл кабину "Дротика" и оттуда вырвался любимый им запах специального масла и электронного оборудования. Несколько кнопок загорелись разными огнями, которые Том мог читать как раскрытую книгу. В остальном все было спокойно - истребитель спал, но был готов проснуться в любое время. Том понял, что осмотр дальше проводить не стоит, тем более, что утром он уже все проверял. Закрыв кабину и еще немного полюбовавшись на свой истребитель, Том собрался было уходить, но вдруг заметил, что в дальнем отсеке для "Дротика" горел свет. Он вошел в отсек и решил подождать пока пилот разберется со своим летательным аппаратом. Вдруг из кабины послышался шум и тихая ругань.
- Будь проклят тот день, когда я села за баранку этого пылесоса! - пробурчала себе под нос Кассиопея Эванс странно знакомую Тому фразу, выбираясь из истребителя. На ней был рабочий комбинезон, перепачканный маслом, а в руках был инструмент, с помощью которого она, видимо, пыталась "поладить" с машиной.
- Добрый вечер, лейтенант, - нерешительно сказал Томас.
- Если б он был добрым... - нехотя ответила девушка. - Ты представить себе не можешь, как тяжело сделать так, чтобы эта штука заработала!
Кассиопея ударила инструментом по обшивке истребителя и какая-то лампочка вспыхнула красным светом, словно "Дротик" предупреждал свою новую хозяйку о том, что ему такое отношение не нравится.
- Да, не повезло, - сказал Том. - Это Восьмой, он довольно старый и постоянно ломается. Особенно в бою. В патруле уже два человека пострадали - один сломал руку, другой получил сильное сотрясение мозга... - поняв, что его история производит на девушку не лучшее впечатление, Том добавил: - Хотя, я уверен, что вы прекрасно справитесь с ним, мисс Эванс.
- И я на это надеюсь. Называй меня Кэсс, хотя бы в нерабочее время, - ответила она. - Я не привыкла, чтобы меня звали по фамилии или по полному имени.
Хозяйка неудачного Восьмого отдала Тому ненужный ей инструмент и, втиснувшись в кабину, вновь занялась ремонтом своего истребителя.
- Можно спросить, мисс Э... Кэсс? Почему вас назвали Кассиопея? - Том сам был ошеломлен своим вопросом - в другое время, при других обстоятельствах он никогда бы не задал его, хотя ему действительно была интересна история имени новенькой. Наверное, на Тома подействовала знакомая добрая атмосфера.
- Совершенно невообразимая история! - рассмеялась Кэсс. - Знаешь, мой дед всю жизнь мечтал стать путешественником в космосе, это для него была самая заветная мечта... Он всю жизнь работал для того, чтобы когда-нибудь полететь туда, дотронуться до звезд. Он скопил большое состояние, на которое купил замечательный корабль, он научился всему, что было необходимо путешественнику сквозь Вселенную, но... У него случился инфаркт. Не смотря на свое состояние, ему все-таки удалось слетать на своем корабле, но только до Луны. Умирая, дедушка попросил моего отца только об одном - чтобы тот исполнил его мечту до конца, чтобы сделал все, что было в его силах. Папа согласился и даже уговорил мою маму поехать с ним. Но мама поставила одно условие - их ребенок должен был родиться на Земле. Папа обещал выполнить мамино желание. Итак, они путешествовали по Вселенной, изучали открытые людьми миры, а потом мама забеременела. Как только мои родители узнали об этом, они немедленно взяли курс на Землю, но... Вроде бы, там, где они были, сломалась зона перехода и ее починка заняла бы год, поэтому родители решили полететь прямо до другой зоны, а этот полет занял несколько месяцев. В общем, - девушка улыбнулась. - Они не успели. Я родилась в ноль часов ноль минут по земному времени в созвездии Кассиопеи. Меня решили назвать в честь него.
- Действительно, невообразимая история! - воскликнул зачарованный Том. - А что было дальше? Почему ты не стала путешествовать вместе с родителями?
Кассиопея выбралась из кабины. Ее лицо почему-то было печальным, и Том пожалел о своем вопросе.
- Мои родители исчезли, - сказала девушка. - Никто не знает как.
- Простите... - промямлил Том.
- Мне было три недели от роду, когда меня нашли в спасательной камере, - все же продолжила Кассиопея. - Там же был и дневник с корабля - это из него я узнала о себе и обо всем, что было до... исчезновения... Меня вырастил дядя - генерал Колин Эванс. Я всю жизнь прожила в Академии, так что мое будущее было определено за долго до того, как мне стукнуло восемнадцать. Ну, а после того, как я закончила Академию, на одной базе я устроила грандиозную аварию и меня перевели сюда.
- Да, - вздохнул Томас. - Сюда можно попасть только в наказание...
- А, в общем, здесь, на Грозной не так уж и плохо. По крайней мере не слышу каждое утро над ухом: "Подъем, лейтенант! Тебя ждут великие дела, детка!" - она рассмеялась и Том тоже улыбнулся.
- Я рад, что нам удалось поговорить неофициально, - сказал он после минуты неловкого молчания. - Знаете, а вы не такая, как все...
- Ты из-за того, что произошло сегодня утром? Извини, я не хотела тебя напугать.
- Да вы не...
- И вообще, не отступай от темы! - возмутилась девушка.
- От какой... темы... - испуганно спросил Том.
- Как от какой?! Я же все о себе рассказала! Теперь твоя очередь! Хотя, подожди, я уже закончила с этой развалюхой. Давай-ка продолжим разговор в моей каюте...
Том пытался возражать и сопротивляться, но Кассиопее было глубоко наплевать на то, что по уставу в такое позднее время пилоты уже должны были разойтись по своим каютам. Она буквально затащила Томаса в свою комнату и заставила выпить с ней чаю. Разговор продолжился в теплой дружеской обстановке, но Том все же немного нервничал, когда рассказывал Кассиопее о себе. Беседа казалась ему нудной и неинтересной - ведь что могло идти в сравнение с тем, что рассказала Кассиопея Эванс? Том думал, что ей ужасно скучно с ним, но если это и было так, девушка своих чувств не выдавала. Она смеялась там, где должно было быть смешно и задавала вопросы, когда ей было особенно интересно. Странно, но после этого разговора Том не чувствовал себя выжатым как лимон, что бывало с ним чаще. Кассиопея пробудила в нем радость общения и была таким же хорошим слушателем, как и собеседником. Наконец, когда стрелки часов перевалили за три ночи, Том попрощался с гостеприимной хозяйкой и тихо, чтобы его никто не видел, направился к себе. Томас Лекс чувствовал себя мальчишкой, прогуливающем уроки прямо под окнами своего класса, но ему нравилось новое чувство безответственности, которое вселила в него Кассиопея Эванс. "Ей-богу, она начинает мне нравится!" - думал он, засыпая. Тому приснилась его принцесса...
* * *
- Давайте, давайте, ребята! - орал на пилотов генерал, лично руководящий приготовлениями. - Вы там что, заснули? Грейс, ты потеряла свой истребитель?
Настроение у генерала Бернса было отвратительным и он срывал свою злость на всех вокруг. Оказалось, что у двух пилотов истребители не готовы к вылету. Популярно объяснив этим несчастным кто они такие, откуда они взялись и куда им надо идти, генерал буквально вышвырнул их из ангара и пообещал несколько месяцев "нарядов вне очереди". Том тоже попал под горячую руку начальства. Он опоздал на несколько минут - проспал из-за вчерашних посиделок с Кассиопеей. Зато сама лейтенант Эванс уже давно сидела в своем истребителе и даже успела установить связь с ДРО Томаса Лекса. Застегивая скафандр на ходу, Том забрался в истребитель и поздоровался с Кассиопеей на радио частоте. Вылет разрешили через пять минут. Отсчитывая последние секунды приготовления, Том услышал, как стартовали другие истребители - они вылетали парами и группировались.
- Ну что, лейтенант Лекс, готовы к учебному вылету? - веселый голос Кассиопеи добавил Тому хорошего настроения.
- Да, мэм! - ответил тот.
- Пятый и Восьмой - Лекс и Эванс, не засоряйте частоту! - прервала их командная рубка. - Вылет разрешаю.
Когда вылетаешь из дока космической станции в открытый космос, то сначала чувствуешь резкий рывок, а потом тело становится очень легким - как перышко. Это происходит из-за того, что в истребителях нет искусственной системы гравитации как на космических станциях и кораблях. Пилота в кабине держат прочные ремни, чтобы человек не натыкался во время работы на аппаратуру и все время только следил за тем, что происходит снаружи. Но какими бы прочными не были эти ремни, все равно чувствуешь как твое тело слегка покачивается, словно пылинка в воздухе - и именно это заставляет тебя понять, что ты в настоящем космосе! Том направил свой истребитель вслед за Восьмым и приготовился выполнять разученные в теории упражнения.
- Начнем с чего-нибудь полегче, - предложил Альфа-лидер. - Ведущие наверх, ведомые вниз и наоборот. Начинайте!
Легко? Это было супер легко! Для Тома, конечно. При этих маневрах есть опасность врезаться в истребитель напарника, но если у тебя глаза на месте и ты вовремя сообщаешь о своих действиях, на самом деле все проходит легко и просто. Когда прозвучала команда "стоп" истребители мгновенно замерли на своих местах.
- Отлично, - прокомментировал Альфа-лидер. - Теперь произвольная программа. Ведущие, начинайте. И не забывайте соблюдать дистанцию.
Ведущие наскоро разделили зону влияния станции на свои квадраты и стали выполнять согласованные с ведомыми фигуры высшего пилотажа. Том заранее рассказал Кассиопее об их с Рэем программе и теперь девушка, улыбнувшись (Том был абсолютно уверен в этом!), предложила ему посмотреть на что она способна. А посмотреть было на что! Кэсс выделывала нелегкие трюки с такой быстротой, что Том еле успевал за ней. Лейтенант Эванс развеселилась не на шутку, казалось, учения были для нее веселой игрой - такой, как для пятилетнего ребенка были "догонялки". Пару раз она чуть было не сталкивалась с истребителем Тома и командная рубка строгим голосом снимала со счета Кассиопеи только что набранные очки. По команде Альфы-лидера истребители снова останавливались и начинали новые фигурации, взлетали и опускались - ничего прекраснее, думал Том, в жизни просто быть не может... Четыре часа пролетели незаметно - командная рубка подала сигнал и лидер приказал пилотам возвращаться на базу. Но лейтенант Эванс, кажется, не спешила выполнять приказ. Промелькнув белой стрелой мимо, поворачивающего на станцию, истребителя Тома, она на полной скорости направилась... к опорам станции. Тома пробила холодная дрожь, он вспомнил, чем этот трюк кончился для Рэя.
- Лейтенант, остановитесь! - закричал Том. - Расстояние между опорами слишком маленькое для ДРО!
Ответа не последовало. "Она отключила связь..." - понял Томас. - "Черт, ее же отдадут под трибунал, если она выживет!" Том понимал, что на такой скорости он не сумеет зацепить Кассиопею тросом и, тем более, взять на буксир. Однако мысль о том, что он может второй раз потерять напарника заставила Тома сменить направление своего ДРО и тоже полететь к опорам. Он подал сигнал о помощи на станцию и решил во что бы то ни стало найти Кассиопею, даже если будет уже слишком поздно ее спасать... Но, даже не успев долететь до опор, Том увидел как истребитель лейтенанта Эванс изящно развернулся три раза и аккуратно, ничего не задев, пролетел между опорами. Том не смог сдержать радостного вздоха, но одновременно его стали мучить две мысли: "КАК она это сделала?" и "Что с ней теперь будет?" Из ступора Тома вывел резкий голос командной рубки:
- Томас Лекс, вернитесь на базу. Кассиопея Эванс, следуйте за истребителями сопровождения. Вы арестованы.
Том отправил свой "Дротик" в открытый для него отсек станции и краем глаза заметил, что истребитель Кассиопеи улетел в совсем другом направлении, вместе с двумя другими ДРО...
* * *
Голос генерала Бернса, не смотря на плотно закрытую в его кабинет, дверь, разносился по всему коридору. Том стоял, опустив глаза в пол и гипнотизировал собственные ботинки. Кассиопея была более уверена в себе, не смотря на то, что это на нее обрушивался гнев начальства. Она удивительно логично объяснила свои действия и даже привела в пример статью из устава о том, что пилот может испытывать новый истребитель как ему заблагорассудится. Она решила, что лучше будет опробовать свой ДРО именно так - в полете с препятствиями. И, в конце концов, Кассиопея заявила, что ее истребитель никуда не годится и разваливается на глазах. Вот тут генерал и не выдержал...
- Раз уж вы начали цитировать устав, то нужно это делать до конца: "пилот имеет право испытывать предписанную ему модель истребителя так, как он считает нужным ее испытать, но В ПРЕДЕЛАХ БЕЗОПАСНОСТИ МАШИНЫ И ПИЛОТА!" И вообще, что вы себе позволяете! Альфа Восемь в идеальном состоянии! Вы только второй день находитесь на станции, но уже успели перевернуть здесь все с ног на голову! Вы ведете себя не как офицер, а как маленький капризный ребенок! Мне огромных усилий стоило не отдать вас под трибунал, но за вас просил очень уважаемый человек - ваш дядя. Клянусь, Эванс, если вы устроите что-нибудь в том же духе, репутация ваших родственников вас больше не спасет! Понятно?
- Да, сэр... - выдавила из себя Кассиопея.
- И последнее. Поскольку вы, лейтенант Эванс, проявили абсолютную некомпетентность и безответственность, вы становитесь ведомой, а вашим ведущим будет Томас Лекс.
- Что? - удивленно воскликнул Том.
- Да, лейтенант Лекс, - подтвердил генерал. - Вы исполнительный и ответственный человек, вы давно заслуживаете места ведущего. Да и сегодня вы поступили правильно. Поздравляю. У меня для вас все, можете идти.
Том вяло отсалютовал и вышел в коридор. Это неожиданное повышение, которого он так долго ждал, совсем его не радовало. Кассиопея с Томом поменялись местами - теперь он должен за нее отвечать, но Том не был уверен, что справится с этим. У этой девушки такой характер, что трудно будет что-либо ей объяснить, а уж приказать - тем более. И его все еще грызла мысль о том, как же Кассиопее удалось пролететь на полной скорости между опорами и не разбиться? Томас шел по коридору, не замечая никого вокруг... Но тут кто-то легко ударил его по плечу и поравнялся с ним. Это была Кассиопея.
- Легко отделалась! - весело сказала она, будто ничего не случилось. - Подумаешь, полгода буду драить полы на разных уровнях! Бывало хуже, правда, реже. Поздравляю с повышением! - безо всякой злости добавила она.
- Я думал, на такое способны только парни... - вяло отреагировал Том.
- На такие трюки? Будем считать это комплиментом! Большое спасибо! Так вот, сначала я думала, что...
- На такие глупости! - воскликнул Том. - Как тебе такое могло взбрести в голову? Я-то думал, что ты не такая как все, что ты интереснее и умнее, но ты оказалась эгоисткой, желающей привлечь внимание! Да, теперь многие пилоты тебя заметили, но вот уважать не стал никто! И вряд ли теперь мы сможем подружиться - тебе нужен не такой парень как я, а крутой верзила, бывший капитан футбольной команды в Академии. Уверен, ты себе найдешь такого человека, у которого коэффициент наглости будет в точности как у тебя!
Том яростно бросил последнюю фразу и резкими шагами направился в свою комнату, оставив оторопелую Кассиопею Эванс размышлять над его словами. Сердце Тома стучало от гнева и стыда - ведь он не хотел сказать ей этого. Он ненавидел и себя и ее за то, что она выжила и за то, что она вообще все это натворила. "Ну и пусть! - думал он. - Пусть подумает обо всем этом! Я не обязан быть ее нянькой. А если что-то пойдет не так, то я попрошу заменить мне ведомого". От этой мысли ему захотелось плакать - все-таки Кассиопея была хорошим напарником и вторым человеком, понявшим его, и Тому очень не хотелось ее терять. Он даже собрался было отправиться к Кассиопее и извиниться, но тут пришел сосед Тома с друзьями и они утащили его на вечеринку в честь повышения...
Продолжение следует...
Вернуться на страницу Литературного Отдела