Автор: Диана Пирон-Гельман
Перевод: Асаинова Эльмира
Часть 4
“Для этого нужна определённая сноровка,”- сказал Шеридан. Он всё ещё держал её руку. У неё было слабое чувство, что она должна отнять её, что она слишком наслаждалась этим простым контактом. Но как сделать это изящно? Это было невозможно. Она только заставит обоих чувствовать себя смущёнными, непростительная вещь по отношению к хозяину. Ну, тогда, ей следует сделать то, что требует вежливость … и если ей понравиться это, что в этом такого ужасного? Это же был праздник.
«Здесь есть петелька»,- проговорил он, надевая серебряную верёвочку, привязанную к голове ангела, на её пальцы. «надо надеть её на ветку. Будьте осторожны, а то уколитесь иголками.» Деленн послушно окинула взглядом ветку и осмотрела петельку, чтобы убедиться, что она была подходящего размера.
«Это тяжёлое украшение, поэтому вам не следует вешать его на самый кончик. Oно наклонет ветку и может упасть. Приблизьте его на дюйм или на два к стволу, вот так...» Он повёл её руку через зелёную крону, которая на ощупь была далеко от меха, которым казалась, быстро поняла она. Шеридан назвал это «иголками». Она сдержала «ох», которое чуть не сорвалось с её губ, надела петельку на ветку, и отпустила ангела. Он стал болтаться вверх и вниз на тёмной зелени, ловя на себе свет от свеч Хануки, и распространяя отблески по всей комнате.
«Замечательно,-» сказал Шерилан, глядя на всё это. Он чувствовал себя удивительно счастливым из-за этой маленькой штучке.
«Похоже, я не одна, кто замечательно проводит время этим вечером.» Деленн почувствовала, как её щёки начинают гореть при этой мысли, она снова начинала краснеть. Поразительно, как часто она делала это за последнее время.
Кто-то мякго кашлянул позади них. «Хммм...»- сказал Гарибальди.
«Может быть, мы сначала повесим огоньки?»
«О, Ахм...» Настала очередь Шеридана покраснеть. Он отпустил руку Деленн и отвлечённо провёл по своим волосам. «Да, наверное, надо это сделать. Они в верхней коробке».
«С этим связан ритуал,»- одобрительно прошептал Леньер на ухо Деленн. Гарибальди завесил дерево с верхушки до корней зеленоватыми проводами, покрытыми крошечными, светящимися шариками.
«Надеюсь, я ничего не испортила...» - кивнула Деленн на ангела. «Как ты полагаешь, то что другие гирлянды вешают перед другими украшениями, много значит?»
Леньер нахмурился. «Это врят ли так важно, иначе капитан не предложил бы это сделать. Он очень внимательно к вам относится. Он е позволил бы вам совершить ошибку».
«Нет.» Она посмотрела на Шеридана, чтобы скрыть её неожиданный, необъяснимый восторг от Леньера, но и чтобы посмотреть на приготовления.
«Он очень внимательно к вам относится.» такое глубокое значение в этой случайной ремарке. «Нет, это правда. Он не допустил бы этого»
Шеридан зашёл за дерево и скрылся из её поля зрения. Вдруг десятки маленьких огоньков вспыхнули из-за веток, яркие на фоне тёмных еловых иголок, как разноцветные звёздочки на небе. Красные, голобуе, зелёные, золотые... они были настолько милыми, что это было трудно описать словами. Они вызвали у Деленн то же чувство, что и радуга, отражающаяся на потолке храма дома, что, когда она рассматривает их довольно долго, их тонкая красота раскроет перед ней глубочайшие тайны Вселенной.
Нежная музыка раздалась, которая так подходила к очарованию огоньков, что, на короткий миг Деленн показалось, что это сами огоньки поют. Через несколько секунд она осознала, что это идин их хоровых гимнов, который она слышала в Зокало. «Конечно же, там должна была быть рождественская музыка. Не может быит праздника без музыки.» когда Леньер присоединился к остальным, чтобы помочь с коробками вокруг дерева, Деленн стояла неподвижно и слушала. В этом мелодии была гармоничный мотив, котрый она слышала раньше,она практически его запомнила. И если бы она подольше послушала, она бы обязательно вспонила.
Шеридан вышел из-за дерева и остановился, увидев Деленн. Она оставалась в стороне отсуматохи от ящиков с украшениями, смотря на всё с радостным удивлением ребёнка. Она проследил её взгляд и увидел Леньера, который торжественно продевал крючок из проволоки через верхушку большущего золотого шара, за которым наблюдал Франклин; Сьюзан держала крошечную деревянную арфу и рассматривала крону, чтобы пристроить её где-нибудь; Гарибальди искавший во всё ещё нераспакованных украшений в коробках то особенное, что было нужно именно ему. Любовь, так ясно свтившаяся на её лице удивила Шеридана и даже тронула его. Он не понимал, как много, очевидно, они значат для неё. Он спросил себя, одинока ли она. Не считая верного Леньера, её собственный народ на станции похоже не обращал на неё внимания, и если реакция женщины в Зокало была каким-то покащателем, внешность человека не помогла Деленн в отношениях с его собственной расой.
Если она была одинока, она хорошо переносила это. Она редко казалось сломленной под грузом личных проблем и великодушно посвещала своё внимение тем, кто его требовал. Он мог вспомнить только один раз, когда она говорила о своём чувстве одиночества- во время болезненного разговора в саде Зен, когда старейшины клана Леньера, старались доказать его причастность в убийстве. С тех пор ему не приходилось слышать грусть в её голосе, то чего ей стоила её трансформация. С тех пор он об этом часто думал. О ней.
Инцидент в Зокало больно отдался в его памяти. Она не проявила злости по отношению к женщине, которая оскорбила её, ни негодования, ни обвинений. Она понимала, что за всемиэтими предубеждениями лежит страхи чувствовала жалость по отношению к женщине, поддверженной им. Деленн больше, чем просто удивила его. Гораздо больше, признался он себе. Это было странное чувство... но удивительно желанное, во всяком случае.
Она замечательно смотрелась, в её тёмно-зелёном платье с золотой каймой на запястьях и шеей. Платье, струющееся волосы, плоский костяной гребень, венчавший её голову выглядел, как тиара... Она напоминала ему сказочную принцессу... или ангела, у которого только не было крыльев. Когда он ещё раз увидел огонь в её глазах, он почувсвтовал, как он сам улыбается. «Определённо, ангел. Минбарский ангел... Если они существуют».
Она нежно напевала песенку, прекрасно подхватив мелодию - изящный, незонирующий звук, несмотря на низкий тембр. Он не мог догадаться, где она выучила целую строчку из «Тихой ночи». Он слушал не двигаясь, чтобы не побеспокоить её.
Когда песенка консилась, она повернулась к нему с невигнным, приглашающим рздалить волшебство взглядом, который осветил его подобно солнечному сиянию. Без сознательной мысли, он шагнул навстречу ей. Он взруг захотел взять её руки и потеряться в этих сверкающих серых глазах. Он с трудом сдержался, Бог знает, как бы она отреагировала на такой поступок. Он выпалил первое, что пришло ему на ум: «Где вы выучили «Тихую ночь», посол?»
Она выглядела изумлённой, и он объяснил: «Это название песни. Рождественский песни. «Тихая ночь».
Он звучал, как мямлящий идиот.
«Она звучала в Зокало, когда вы встретили меня там.» Она посмотрела на деревы, затем смущённо взглянула на него. «Когда вы купили мне ангела».
он не собирался это спрашивать, но это вырвалося как-то само.
«О чём вы сейчас думаете?»
«О том, как хорошо иметь друзей. Существует мало подарков лучше, чем дружба, капитан.» она остановилась , а затем мягко добавила. «Спасиба за вашу.»
Он покраснел до кончиков ушей. Вдруг он не смог придумать ничего, что можно было бы сказать. Он уже годы не чувствовал, что у него проблемы со словарным запасом.
Деленн похоже почувствовала его смущение, она выглядела озобоченной.
«Я сказала что-то не то».
поддавшись импульсу, он взял её руку. «Нет, совсем нет, я»- он со смехом сжал её пальцы. «Я ниогда не знал никого, похожего на вас, Деленн. Для меня честь быть вашим другом».
Улыбка, которая была предназначена ему, осветила её лицо. И вдруг всё в мире потеряло своё значение, кроме улыбки и теплоты в глазах Деленн.
«Ну как вы собираетесь помогать наряжать собственное дерево, или как?»- позвал через всю комнату Франклин.
«Что?»- заморгал Шеридан, вырванный из своих мечтаний. Деленн посмотрела в сторону, слегка покраснев. «Да, конечно. Хммм...» Он поймал взгляд Деленн. «Я думаю, нам лучше...»
«Да,- сказала она. Наверное, нам лучше сделать это».
Они посмотрели друг на друга посделним, долгим взглядом, а затем присоединились к остальным, продолжая держаться за руки.
КОНЕЦ
Вернуться на страницу Литературного Отдела